fbpx

Голицынская больница — 225 лет c начала строительства

Голицынская больница — 225 лет c начала строительства

Голицынская больница (Москва, Ленинский пр, 8)
[1796-1801 гг., архитектор М.Ф.Казаков]
К 225-летию начала строительства


Голицынская больница была основана  по завещанию князя Д.М.Голицына (1721-1793), известного мецената, коллекционера и дипломата.  Проект «больницы для бедных» был создан и реализован московским архитектором М.Ф.Казаковым (1738-1812)  в период с 1796 по 1801 годы. В настоящее время этот архитектурный комплекс вошел в состав первой городской клинической больницы как Голицынский корпус.

Ансамбль больницы занял земли бывшей загородной усадьбы Строгановых, сохранив часть ее планировочной структуры с террасами, регулярным парком и прудами. Занимая пространство между Калужской улицей (совр. Ленинским проспектом) и набережной Москвы-реки, Голицынская больница предлагала бесплатное лечение представителям всех слоёв населения, кроме крепостных крестьян, — «…и русским, и иностранцам, всякого пола, звания, вероисповедания и национальности».

Утверждение окончательного архитектурного проекта М.Ф.Казакова состоялось в 1794 г., на следующий год был выкуплен участок земли под строительство, а 20 июля 1796 г. состоялась церемония закладки здания. Строительство больницы под надзором автора, продолжалось вплоть до 1801 года. Проектные чертежи, подписанные архитектором сохранились  в фондах ГНИМА им. А.В.Щусева (Москва), Государственного Эрмитажа и РГИА (Санкт-Петербург).

Первоначально больница была рассчитана на 50 коек, а к 1805 г. количество мест было удвоено. Комплекс больницы включал несколько корпусов, среди которых трехэтажный главный крпус был отмечен крупным шестиколонным тосканским портиком с треугольным фронтоном. Два боковых двухэтажных флигеля,  соединенные с центральным объемом переходами, образовывали прямоугольный курдонёр со стороны Калужской дороги. Типичное для М.Казакова планировочное решение больничных прямоугольных корпусов состояло из осевого расположения  коридора, соединявшего почти квадратные в плане палаты, каждая из которых была хорошо освещена тремя оконными проемами.  Этот коридор по торцам заканчивался круглыми в плане объемами ретирад. Архитектор скрыл эти санитарные узлы от взглядов со стороны парадного двора. Аналогичным образом им были решены эти зоны в планировке Павловской больницы, Университета и ряде других его общественных построек. В Голицынской больнице вытянутые боковые флигели, огибая курдонёр выходили на трассу Калужской дороги. Симметричность решения эти крыльев подсказывало их функциональное деление: мужские палаты помещались в левой половине здания, женские — в правой. Часть помещений занимали квартиры персонала и кабинеты. Отдельно были устроены аптека, цейхгаус, операционные,  подъемные устройства для больных, провизорские и складские помещения. Особо архитектор изолировал инфекционные отделения. На фоне скромной отделки больничных комнат, выделяется  богатое оформление интерьеров парадной зоны с кабинетом директора, украшенного вставками с лепниной и росписью в стиле гризайль. Здесь сохранились орнаментальные декорированные откосы оконных проемов, роспись овального плафона, оформление падуг и карниза, а также два симметричных камина из полированного уральского мрамора с живописной эмблемой Голицыных.  

Особое значение заказчиками и архитектором в объемно-пространственной композиции больницы было уделено центральному корпусу с церковью, увенчанной куполом и изящным фонариком.  Этот больничный храм служил мавзолеем для Д.М.Голицына. Его надгробие, находившееся в нише напротив алтаря,  было выполнено скульптором Ф.Г.Гордеевым. Квадратное в плане пространство церкви имитирует в интерьере ротонду, благодаря устройству угловых ниш в скруглениях абриса стен. Архитектор усилил иллюзию круглого пространства, создав по его периметру кольцо ложной внутренней колоннады[1] большого ионического ордера. Конструктивно эти фальшивые колонны ничего не поддерживают, поскольку сами «висят», т.е. ни на что не опираются в нижних этажах.[2] Это показано как на проектном разрезе М.Ф.Казакова, так и на фиксационных чертежах реставраторов ХХ в. Подобный антитектоничный прием был опробован им десятилетием ранее в актовом зале Университета, где под полукружием из десяти колонн также не имелось опор в двух нижних этажах. Автохтонный характер подобных решений, выражающийся в несоответствии конструкций поэтажных планов,[3] отличает работы М.Ф.Казакова и некоторых других московских мастеров, не получивших систематическое европейское образование[4].

В ходе реставрационных работ 1950-х годов было выявлено и восстановлено первоначальное оформление  больничного храма. Кроме  барельефных и живописных вставок удалось определить колористическое оформление интерьеров, в котором применялось «полихромное  решение фона лепного декора».  Пол в храме был выполнен из уральского желтого мрамора. «Наряду с цветным искусственным мрамором колонн большого и малого  ордера и гризайльной росписи ниш Казаков  широко использовал покраску фона кессонов купола и сводов ниш».[5]  Кирпичное перекрытие церкви было исполнено при помощи двух оболочек. Сквозь опайон в шелынге кессонированного внутреннего купола  была видна роспись на внешнем куполе, высота которого в процессе строительства была архитектором значительно увеличена для усиления градостроительной роли силуэта больничного ансамбля.

Большое значение для лечения больных было уделено в организации прогулочной зоны, которая террасами живописно спускалась  к Москве-реке. По оси главной аллеи на острове среди пруда была поставлена беседка. Со временем была благоустроена каменная набережная, которую украсили двумя открытыми купольными парковыми ротондами. Среди многочисленных служебных флигелей, постепенно возникавших между главным больничным корпусом и набережной, следует обратить внимание на картинную галерею Голицыных. Это здание с угловой ротондой было перестроено Д.Жилярди после Отечественной войны 1812 г. В те же годы был возведен новый корпус богадельни.

Голицынская  больница – уникальный памятник московского классицизма, возведенный М.Ф.Казаковым. Это  один из немногих, практически не пострадавших в пожаре 1812 г. и не подверженный грубым реконструкциям. Именно в аутентичности этого архитектурного сооружения Москвы конца XVIII в.  заключается его особая ценность, благодаря чему «это произведение входит в золотой фонд нашего архитектурного наследия».[6]

 Клименко Ю.Г.


[1] На одном из проектных вариантов М.Ф.Казаков отказался от  устройства внутренней колоннады. Позднее именно в такой версии это будет исполнено в центральном пространстве храма  Павловской больницы.
[2] Из этих разрезов очевидно, что колонны поставлены архитектором на самую шелынгу  сводов нижнего этажа.
[3] Аналогичное решение было повторено М.Ф.Казаковым в устройстве московского дома И.И.Барышникова на Мясницкой (1797-1802). Квадратный в плане зал бокового северного крыла архитектор украсил круглым плафоном в обрамлении кольца фальшивой колоннады для создания оптической иллюзии ротондального помещения. Под этими колоннами из искусственного мрамора второго парадного этажа отсутствуют необходимые опоры на плане первого этажа.
[4] Достаточно вспомнить о жестких дискуссиях в теоретических архитектурных трактатах третьей четверти XVIII в., в которых критике подвергались те постройки, где колонны или полуколонны служили не конструктивным, а исключительно декоративным целям. Уместно вспомнить труды аббата Ложье и других французских теоретиков.
[5] Рубен И.П. Ротонды М.Ф.Казакова. Опыт реставрационных работ //Охрана и реставрация памятников архитектуры. Опыт работы мастерской № 13. М.: Стройиздат, 1981. С. 109 (С. 104-113).
[6] Крашенниникова Н.Л. Ансамбль Голицынской больницы.  Обмеры и исследования. М., 1955. С. 23.

© Московский архитектурный институт (государственная академия)

© Коллектив авторов, 2019

© Издательский дом Руденцовых

 

 

 

 


© Все права сохранены

При перепечатке материалов ссылка на сайт обязательна

%d такие блоггеры, как: